"Массовый человек" в постиндустриальную эпоху

курсовая работа

2.1 Теории "постиндустриального общества"

Начиная с 40-50-х годов ХХ столетия, после появления работ теоретиков Франкфуртской школы, а также после оформления теории индустриализма, сформулированной Р.К.Ф. Ароном в его лекциях в Сорбонне (1956- 1959) и У. Ростоу в книге "Стадии экономического роста. Некоммунистический манифест", объектом изучения западной философии стала "индустрия культуры" как механизм производства массовизированного обезличенного индивида.

Рассматривая историю общества как последовательную смену доиндустриальной, индустриальной и постиндустриальной стадий его развития, теоретики постиндустриализма сопоставляли эти эпохи по таким параметрам:

- основной производственный ресурс (соответственно сырье, энергия, информация);

- тип промышленной деятельности (добыча, изготовление, последовательная обработка);

- характер базовых технологий (трудоемкие, капиталоемкие, наукоемкие).

Эта схема позволила в качестве принципиального отличия постиндустриальной культуры рассматривать переход от взаимодействий человека с природой в доиндустриальном и преобразованной природой в индустриальном обществе к взаимодействию между людьми, где характер межличностных отношений определяется не имитацией действий других людей и не усвоением опыта предыдущих поколений, а комплексным социальным взаимодействием.

В этих теоретических системах наиболее значительное внимание отводилось информации, информационным технологиям и средствам коммуникации. В качестве ведущих признаков нового типа общества его исследователи называли ускорение технического прогресса, уменьшение доли материального производства в совокупном общественном продукте, развитие сектора услуг, повышение качества жизни.

Вместе с этим, как отмечалось еще в технократической утопии Д. Белла "Приход постиндустриального общества. Авантюра в социальном предсказании" (1973), в обществе, где основным фактором социальных трансформаций становится производство и использование информации, существенному обновлению неизбежно подвергается не только экономика, но и человек. Эта "демассифицированная" культура должна отличаться высоким уровнем инновативности и сложности, что напрямую связано с индивидуализацией и дестандартизацией различных сторон политической и экономической жизни.

Д. Белл связывал эти процессы с тем, что в постиндустриальном обществе возникает новый интеллектуальный класс, "представители которого на политическом уровне выступают в качестве консультантов, экспертов или технократов",что приводит в итоге к персонализации культуры.

Концепция постиндустриального общества по Беллу:

- в качестве базисного феномена выступают знание и информация;

- ведущее значение интеллектуальных технологий;

- качественно новый способ организации технологической сферы;

- демонтаж классовой структуры и формирование профессиональной дифференциации;

- реорганизация культурной сферы и ее переориентация на интеллектуальные приоритеты;

- формирование индустрии знания.

Показательно, что Белл представил оптимистический вариант доктрины "массового общества", где масса рассматривалась как преобладающая часть населения, удовлетворенная своим положением и отказавшаяся от борьбы, поскольку "определенный образ жизни, права, нормы и ценности, стремления, привилегии, культура все то, что когда-то составляло исключительное достояние высших классов, распространяется теперь на всех".

Эвристичность предложенной Д. Беллом социальной модели была столь высока, что вызвала появление множества уточняющих и вариативных концепций, расширяющих поле данного социокультурного исследования.

Представление о том, что ведущей тенденцией развития современного общества, перерастающего в общество нового информационного порядка, является интеграция новейших массовых информационных и коммуникационных технологий и существующей социальной системы, лежит и в основе концепций информационного общества, составляющих существенную часть постиндустриальной теории и разработанных Е. Масудой, Дж. Нейсбитом, Дж. Бенингером, Т. Стоуньером, М. Маклюэном, Э. Тоффлером, М. Кастельсом.

Критерием прогресса в таком обществе является возрастание скорости внедрения инноваций, увеличение объема и скорости коммуникации, рост объема полезной информации и ускорение ее обработки за единицу времени в контурах управления за счет автоматизации этой сферы. В новом обществе изменяются типы организационных стилей, характер восприятия реальности, семейные ценности.

Осуществляя последовательное сопоставление индустриального и постиндустриального общества, сравнивая их экономическую основу, особенности аппарата управления, исследуя психологические характеристики индивидов, включенных в процесс производства, Тоффлер, в частности, приходит к выводу о том, что супериндустриальное общество характеризуется не только высоким уровнем инновативности, но и демассификацией и дестандартизацией всех сторон политической и экономической жизни.

Изменение характера труда и межличностных отношений изменяет систему ценностей и ориентации человека на психологические, социальные и этические цели. Изменяется и профессиональная характеристика индивида, прошедшего многоуровневое обучение, обладающего не только мастерством, но и информацией, развитого не только физически, но и духовно.

Как отмечает автор, современный этап развития цивилизации делает "метакультурную индивидуальность", проявляющую способность к отказу от привычных матриц поведения и восприятия и выходу за рамки привычного видения мира, типичным проявлением новой формирующейся информационной культуры. Для человека новой культурной формации мобильность ориентации в рамках стремительно изменяющейся среды и новый способ ее освоения становятся принципиальным моментом, возможно, вопросом его выживания. "В быстро меняющемся мире прошлый опыт реже может служить надежным компасом, необходимы гораздо более быстрое освоение нового, большая реактивность Я, подвижность, умение действовать методом проб и ошибок".

Тоффлер оптимистически оценивает перспективы роста субъекта "Третьей волны". В этой спецификации мышления футуролог видит формирующуюся способность к восприятию огромных массивов информации, пульсирующих и растущих потоков данных, что соотносится с требованиями новой социальной и технологической реальности. Подобная структура информационной сферы, сменившая старую, перегруженную и "изношенную", была изначально определена увеличением объема и скорости обновления информации, необходимой для поддержания устойчивости социальной системы. Для успешной социальной и информационной адаптации в качественно изменившихся условиях субъект новой культуры вынужден постоянно обновлять свою собственную "базу данных".

В таких условиях становится реальностью неизбежный в современной ситуации переход к личности нового типа - информационно-адаптированной, основными характеристиками которой могут быть представлены естественное включение в информационные процессы, способность к адекватному восприятию полученной информации и настроенность на эффективное ее использование в своей деятельности.

В новом обществе под индивидуальные потребительские нужды подлаживается и культура, специфика которой описывается Тоффлером в категориях "приспособления к возрастанию жизненного уровня" и "совершенствования технологий", позволяющих снижение себестоимости "культурных продуктов" даже при условии введения их различных вариантов. "Поскольку удовлетворяется все больше и больше основных нужд покупателей" - отмечает исследователь, - можно твердо предсказать, что экономика будет еще энергичней идти навстречу тонким, разнообразным и глубоко персональным потребностям покупателя, потребностям в красивых, престижных, глубоко индивидуализированных и чувственно приятных для него продуктах".

Таким образом, как считает Тоффлер, уровень потребляемой культуры становится иным: массовая культура продолжает существовать как уникальный механизм, обладающий компенсаторной и рекреативной активностью, удовлетворяя нужды значительной части общества, однако, она перестает быть единственной культурой, удерживающей монополию на массовое сознание. Элитарная же культура теряет свое значение классово чуждой и недоступной массам, но, наоборот, начинает выполнять роль культурного образца и занимает в иерархии ценностей достойное ее место. Именно этот феномен Тоффлер и обозначает как индивидуализацию личности и демассификацию культуры.

Делись добром ;)